July 24th, 2007

Профиль

Н-да

http://www.regnum.ru/news/860665.html
Активный поиск создателей экстремистских надписей ведут сотрудники орловской милиции. Как сообщили корреспонденту в пресс-службе УВД Орловской области, надписи гласили: "Смерть русским свиньям" и "Чечня свободная". Их заметил на заборе стадиона "Динамо" в центре Орле житель города, возвращавшийся 14 июля с ночного дежурства. По словам мужчины, появились они в девять часов утра. Опрос, проведенный среди жителей близлежащих домов и школ, не выявил новых свидетелей. Материалы проверки переданы в прокуратуру Советского района.

Профиль

М. Булгаков Тьма Египетская

В дополнение к воспоминаниям современного провинциального врача приведу рассказ Булгакова из "Записок юного врача", работавшего в Никольской земской больнице Сычевского уезда Смоленской губернии (1916-1917).

Где же весь мир в день моего рождения? Где электрические фонари Москвы? Люди? Небо? За окошками нет ничего! Тьма...

Мы отрезаны от людей. Первые керосиновые фонари от нас в девяти верстах на станции железной дороги. Мигает там, наверное, фонарик, издыхает от метели. Пройдет в полночь с воем скорый в Москву и даже не остановится - не нужна ему забытая станция, погребенная в буране. Разве что занесет пути.

Первые электрические фонари в сорока верстах, в уездном городе. Там сладостная жизнь. Кинематограф есть, магазины. В то время как воет и валит снег на полях, на экране, возможно, плывет тростник, качаются пальмы, мигает тропический остров...

Мы же одни.

- Тьма египетская,- заметил фельдшер Демьян Лукич, приподняв штору.

Выражается он торжественно, но очень метко. Именно - египетская.

- Прошу еще по рюмке,- пригласил я. (Ах, не осуждайте! Ведь врач, фельдшер, две акушерки, ведь мы тоже люди! Мы не видим целыми месяцами никого, кроме сотен больных. Мы работаем, мы погребены в снегу. Неужели же нельзя нам выпить по две рюмки разведенного спирту по рецепту и закусить уездными шпротами в день рождения врача?)

- За ваше здоровье, доктор! - прочувственно сказал Демьян Лукич.

- Желаем вам привыкнуть у нас! - сказала Анна Николаевна и, чокаясь, поправила парадное свое платье с разводами.

Вторая акушерка Пелагея Ивановна чокнулась, хлебнула, сейчас же присела на корточки и кочергой пошевелила в печке. Жаркий блеск метнулся по нашим лицам, в груди теплело от водки.

- Я решительно не постигаю,- заговорил я возбужденно и глядя на тучу искр, взметнувшихся под кочергой, - что эта баба сделала с белладонной. Ведь это же кошмар!

Улыбки заиграли на лицах фельдшера и акушерок.

Дело было вот в чем. Сегодня на утреннем приеме в кабинет ко мне протиснулась румяная бабочка лет тридцати. Она поклонилась акушерскому креслу, стоящему за моей спиной, затем из-за пазухи достала широкогорлый флакон и запела льстиво:

- Спасибо вам, гражданин доктор, за капли. Уж так помогли, так помогли!.. Пожалуйте еще баночку.

Collapse )