Никита Мендкович (mendkovich) wrote,
Никита Мендкович
mendkovich

Categories:

Жертва нацизма свидетельствует о зверствах эстонских карателей в Белоруссии

21, 03, 2005 Жертва нацизма свидетельствует о зверствах эстонских карателей в Белоруссии

Секретарь эстонского Общественного Союза против неофашизма и национальной розни Андрей Заренков передал ИА REGNUM свидетельство очевидца, рассказывающее о зверствах эстонских эсэсовцев в Белоруссии. Как рассказал Заренков корреспонденту ИА REGNUM, Надежда Николаевна Мацкевич обратилась к эстонским антифашистам с просьбой помочь ей предать гласности ее воспоминания. Они приводятся ниже.
"Я родилась 13.04.1927 г. в Белоруссии, Верхнедвинском районе (ранее Дриссинский), в деревне Долое. Это на границе трех районов: Освитского, Рассонского и Дриссенского. Я очевидец той ужасной войны 1941-1945 годов.
Нашу территорию заняли немцы. Они шли с музыкой, довольные. Им никто не мог оказать сопротивление, только на станции Берковичи был небольшой бой. Оккупанты сразу начали хозяйничать, ловили и убивали курей, свиней и прочую живность. Вскоре был назначен староста и повсюду развешены объявления: "смерть жидам и коммунистам!"
Мой отец и брат 15-ти лет пошли в партизаны. Мать пекла хлеб, а я носила его им. Мне не раз приходилось передавать донесения из отряда в отряд и выполнять задания комиссара Александро-Невского партизанского отряда Первой Дриссенской бригады Василия Ярешева. В 1942 году каратели особенно зверствовали на нашей территории, грабили, жгли деревни, убивали стариков и детей, а трудовой люд отправляли в Германию, кого в концлагерь, а кого на работы. Немцы зарегистрировали всех евреев и на рукавах сделали им нашивки "Иуда", а коммунистов вешали на центральных площадях районных центров. Я помню, отец привез девочку и мальчика из еврейской семьи, отец которых перед гибелью просил спасти их. Фамилия у детей была такая же как и у нас - Мацкевич, мы их скрывали у себя, а потом их отправили на самолете в тыл. Вообще, многие евреи были спасены таким образом. В декабре 1943 году я, мать, двое братьев и тетя прятались в лесу близ деревни Ковали, но нас нашли каратели. Они окружили нас в лесу, кричали по русски с акцентом: "стой, никуда не уходить!" Я стояла вдалеке от всех и от страха кинулась в кусты, попала в яму, быстро засыпалась снегом и лежала неподвижно. Я слышала крики, плач родных, затем беспрерывную стрельбу и последний раз голос мамы "Надя, Надя".... Пролежала всю ночь, а утром услышала: "Есть кто живой?" Это был старичок из деревни Каркальцы, который потом рассказал, что всех наших расстреляли каратели из Эстонии. Затем меня снова схватили и направили в Полоцкую тюрьму в лагерь №367". После полоцкой тюрьмы, в 1944 году группу арестантов вместе с Надеждой Николаевной привезли в Эстонию в Тарту, откуда всех погнали в Таллин, используя в качестве живого щита от наступавших советских войск. Фашисты хотели отправить пленных на пароходе в Германию, но не успели - по дороге в Таллин пленных освободили советские войска. Она хорошо помнит специфический акцент и первые слова на языке, на котором говорили люди, гнавшие в плен: "Рутту, рутту, курат!..." (Быстро, быстро, черт! - перевод с эстонского, ИА REGNUM).
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments